Вторая Песнь о Хельги убийце Хундинга
Sigmundr konungr Völsungsson átti Borghildi af Brálundi. Þau hétu son sinn Helga ok eftir Helga Hjörvarðssyni. Helga fóstraði Hagall. Hundingr hét ríkr konungr. Við hann er Hundland kennt. Hann var hermaðr mikill ok átti marga sonu, þá er í hernaði váru. Ófriðr ok dylgjur váru á milli þeira Hundings konungs ok Sigmundar konungs. Drápu hvárir annarra frændr. Sigmundr konungr ok hans ættmenn hétu Völsungar ok Ylfingar. Helgi fór ok njósnaði til hirðar Hundings konungs á laun. Hemingr, son Hundings konungs, var heima. En er Helgi fór í brott, þá hitti hann hjarðarsvein ok kvað:
Конунг Сигмунд, сын Вельсунга, был женат на Боргхильд в Бралунде. Они назвали своего сына Хельги в честь Хельги, сына Хьерварда. Хагаль воспитал Хельги.
Одного могущественного конунга звали Хундинг. По его имени страна называется Хундланд. Он был очень воинствен и имел много сыновей, которые воевали. Вражда и столкновения были между конунгом Хундингом и конунгом Сигмундом. Они убивали друг у друга родичей. Конунг Сигмунд и его род назывались Вельсунги и Ильвинги.
Хельги отправился тайно разведать о дружине конунга Хундинга. Хеминг, сын конунга Хундинга, был дома. А когда Хельги уезжал, он встретил пастушка и сказал:
"Segðu Hemingi
at Helgi man,
hvern i brynju
bragnar felldu;
ér ulf gráan
inni höfðuð,
þar er Hamal hugði
Hundingr konungr."
"Хемингу молви
что Хельги помнит
какого мужа
убили воины;
серого волка
в доме держали
конунг Хундинг
думал — то Хамаль."
Hamall hét son Hagals. Hundingr konungr sendi menn til Hagals at leita Helga, en Helgi mátti eigi forðast annan veg en tók klæði ambáttar ok gekk at mala. Þeir leituðu ok fundu eigi Helga. Þá kvað Blindr inn bölvísi:
Хамалем звали сына Хагаля. Конунг Хундинг послал людей к Хагалю, чтобы найти Хельги. А Хельги не мог укрыться иначе, как одеться рабыней и начать молоть зерно. Они искали и не нашли Хельги. Тогда сказал Блинд Злокозненный:
"Hvöss eru augu
í Hagals þýju;
er-a þat karls ætt,
er á kvernum stendr;
steinar rifna
stökk lúðr fyrir."
"Сверкают глаза
у рабыни Хагаля, —
уж не мужчина ли
жернов вращает?
Ломается жернов
грохочет основа!"
"Nú hefir hörð dæmi
hildingr þegit,
er vísi skal
valbygg mala;
heldr er sæmri
hendi þeiri
meðalkafli
en möndultré."
"Тяжелая доля
досталась герою;
вождю довелось
зерна молоть!
Руке той привычна
меча рукоять
а вовсе не палка
что жернов вращает."
Hagall svaraði ok kvað:
"Þat er lítil vá,
þótt lúðr þrumi
er mær konungs
möndul hrærir;
hon skævaði
skýjum efri
ok vega þorði
sem víkingar,
áðr hana Helgi
höftu gerði;
systir er hon þeira
Sigars ok Högna;
því hefir ötul augu
Ylfinga man."
"Хагаль ответил и сказал:
Дива тут нет
что грохочет основа, —
конунга дочь
жернов вращает;
носилась она
над облаками
сражаться могла
как смелые викинги
прежде чем Хельги
в плен ее взял;
это сестра
Хегни и Сигара
взор ее страшен —
взор Ильвингов девы."
Undan komst Helgi ok fór á herskip. Hann felldi Hunding konung ok var síðan kallaðr Helgi Hundingsbani. Hann lá með her sinn í Brunavágum ok hafði þar strandhögg ok átu þar hrátt. Högni hét konungr. Hans dóttir var Sigrún. Hon var valkyrja ok reið loft ok lög. Hon var Sváfa endrborin. Sigrún reið at skipum Helga ok kvað:
"Хельги спасся и отправился на боевой корабль. Он сразил конунга Хундинга, и с тех пор его стали звать Хельги Убийца Хундинга. Он стоял со своим войском в бухте Брунавагар, и там они порезали скот и ели сырое мясо. Одного конунга звали Хегни. У него была дочь Сигрун. Она была валькирия и носилась по воздуху и по морю. То была родившаяся вновь Свава. Сигрун подъехала к кораблям Хельги и сказала:"
"Hverir láta fljóta
fley við bakka?
Hvar, hermegir,
heima eiguð?
Hvers bíðið ér
í Brunavágum?
Hvert lystir yðr
leið at kanna?"
"Кто там направил
ладью к побережью?
Где вы живете
смелые воины?
Чего ожидаете
здесь в Брунавагар?
Куда отсюда
вы держите путь?"
Helgi kvað:
"Hagall lætr fljóta
fley við bakka,
eigum heima
í Hléseyju,
bíðum byrjar
í Brunavágum,
austr lystir oss
leið at kanna."
"Хельги сказал:
Хамаль направил
ладью к побережью
все мы живем
на острове Хлесей
ветра попутного
здесь поджидаем
путь мы хотим
держать на восток."
Sigrún kvað:
"Hvar hefir þú, hilmir,
hildi vakða
eða gögl alin
Gunnar systra?
Hví er brynja þín
blóði stokkin?
Hví skal und hjalmum
hrátt kjöt eta?"
"Сигрун сказала:
Где ты сражался
воин могучий
где ты кормил
гусят валькирий?
Почему кольчуга
обрызгана кровью
ешь мясо сырое
шлем не снимая?"
Helgi kvað:
"Þat vann næst nýs
niðr Ylfinga
fyr vestan ver,
ef þik vita lystir,
er ek björnu tók
í Bragalundi
ok ætt ara
oddum saddak."
"Хельги сказал:
Вот что исполнил
на запад от моря
Ильвингов родич
коль знать желаешь:
медведей убил я
в Брагалунде
и племя орлов
накормил до отвалу;"
"Nú er sagt, mær,
hvaðan sakar gerðusk,
því var á legi mér
lítt steikt etit."
"вот и сказал я
какая причина
что мало жаркого
в море мы ели."
Sigrún kvað:
"Víg lýsir þú,
varð fyr Helga
Hundingr konungr
hníga at velli;
bar sókn saman,
er sefa hefnduð
ok busti blóð
á brimis eggjar."
"Сигрун сказала:
О победе ты молвишь;
Хельги причина
что конунг Хундинг
в поле погиб;
битва была
за родича мщенье
хлынула кровь
струей на мечи."
Helgi kvað:
"Hvat vissir þú,
at þeir séim,
snót svinnhuguð,
er sefa hefndum?
Margir ro hvassir
hildings synir
ok ámunir
ossum niðjum."
"Хельги сказал:
Точно ли знаешь
мудрая женщина
что воинам этим
за родича мстил я?
Много сынов есть
смелых у конунга
недружелюбных
к нашему роду."
Sigrún kvað:
"Vark-a ek fjarri,
folks oddviti,
gær á morgun
grams aldrlokum,
þó tel ek slægjan
Sigmundar bur,
er í valrúnum
vígspjöll segir."
"Сигрун сказала:
Утром вчера
близко была я
вождь дружины
в час гибели князя;
хитрецом назову
Сигмунда сына
что темные речи
ведет о победе."
"Leit ek þik um sinn
fyrr á langskipum,
þá er þú byggðir
blóðga stafna
ok úrsvalar
unnir léku;
nú vill dyljask
döglingr fyr mér,
en Högna mær
Helga kennir."
"Тебя я не раз
видала и раньше
стоял ты в ладье
залитой кровью
а вокруг ледяные
волны играли;
что ж хочешь, герой
от меня таиться?
Хегни дочь
Хельги узнает."
Granmarr hét ríkr konungr, er bjó at Svarinshaugi. Hann átti marga sonu: Höðbroddr, annarr Guðmundr, þriði Starkaðr. Höðbroddr var í konungastefnu. Hann fastnaði sér Sigrúnu Högnadóttur. En er hon spyrr þat, þá reið hon með valkyrjur um loft ok um lög at leita Helga. Helgi var þá at Logafjöllum ok hafði barizt við Hundings sonu. Þar felldi hann þá Álf ok Eyjólf, Hjörvarð ok Hervarð, ok var hann allvígmóðr ok sat undir Arasteini. Þar hitti Sigrún hann ok rann á háls honum ok kyssti hann ok sagði honum erindi sitt, svá sem segir í Völsungakviðu inni fornu:
Гранмаром звали могущественного конунга, который жил в Сварингсхауге. У него было много сыновей: первый Хедбродд, второй Гудмунд, третий Старкад. Хедбродд был на сходке конунгов. Ему была просватана Сигрун, дочь Хегни. Но когда она узнала об этом, она поскакала с валькириями по воздуху и морю в поисках Хельги.
Хельги был тогда на горе Логафьелль, он сражался с сыновьями Хундинга. Там сразил он Альва и Эйольва, Хьерварда и Херварда. Он был очень утомлен боем и сидел под Орлиным Камнем. Там нашла его Сигрун, и бросилась ему на шею, и целовала его, и сказала, почему она пришла к нему, как об этом говорится в Древней Песни о Вельсунгах:
"Sótti Sigrún
sikling glaðan,
heim nam hon Helga
hönd at sækja,
kyssti ok kvaddi
konung und hjalmi;
þá varð hilmi
hugr á vífi."
"Сигрун пришла
к счастливому князю
Хельги она
гладила руки
и целовала
его приветно
конунгу дева
тогда полюбилась."
"Fyrr lézk hon unna
af öllum hug
syni Sigmundar
en hon sét hafði."
"Сказала ему
что Сигмунда сына
она полюбила
прежде, чем встретила."
Sigrún kvað:
"Var ek Höðbroddi
í her föstnuð,
en jöfur annan
eiga vildak;
þó sjámk, fylkir,
frænda reiði,
hefi ek míns föður
munráð brotit."
"Сигрун сказала:
Хедбродду я
в походе обещана
но за другого
хотела бы выйти;
страшен мне гнев
старшего родича:
волю отца
я не исполнила."
"Nam-a Högna mær
of hug mæla,
hafa kvaðsk hon Helga
hylli skyldu."
"Не стала дочь Хегни
кривить душою
сказала, что хочет
Хельги любви."
Helgi kvað:
"Hirð eigi þú
Högna reiði
né illan hug
ættar þinnar.
Þú skalt, mær ung,
at mér lifa;
ætt áttu, in góða,
er ek eigi sjámk."
"Хельги сказал:
Стоит ли гнева
Хегни страшиться
или вражды
вашего рода!
Дева, ты будешь
всегда со мною;
род твой, прекрасная
мне не страшен."
Helgi samnaði þá miklum skipaher ok fór til Frekasteins, ok fengu í hafi ofviðri mannhætt. Þá kómu leiftr yfir þá, ok stóðu geislar í skipin. Þeir sá í loftinu, at valkyrjur níu riðu, ok kenndu þeir Sigrúnu. Þá lægði storminn, ok kómu þeir heilir til lands. Granmarssynir sátu á bjargi nokkuru, er skipin sigldu at landi. Guðmundr hljóp á hest ok reið á njósn á bergit við höfnina. Þá hlóðu Völsungar seglum. Þá kvað Guðmundr:
Хельги собрал тогда большой флот и отправился к Волчьему Камню. Их застигла в море страшная буря. Над ними стали сверкать молнии, и они попадали прямо в корабль. Воины увидели в воздухе девять скачущих валькирий и узнали Сигрун. Тогда буря улеглась, и они в целости добрались до берега.
Сыновья Гранмара сидели на некой горе, когда корабли подплывали к берегу. Гудмунд вскочил на коня и поехал на разведку на гору у гавани. Тогда Вельсунги убрали паруса. Тут Гудмунд сказал, как об этом было раньше написано в Песни о Хельги:
"Hver er skjöldungr,
sá er skipum stýrir,
lætr gunnfana
gullinn fyr stafni?
Þykkja mér fríð
í fararbroddi;
verpr vígroða
um víkinga."
"Кто этот конунг
ладьи ведущий?
Чей стяг боевой
по ветру вьется?
Мира то знамя
не обещает;
отблеск багряный
вокруг дружины."
Sinfjötli kvað:
"Hér má Höðbroddr
Helga kenna
flótta trauðan
í flota miðjum,
hann hefir eðli
ættar þinnar
arf Fjörsunga,
und sik þrungit."
"Синфьетли сказал:
Хедбродд может
Хельги узнать
храброго в битвах
ладьи ведущего;
наследье богатое
вашего рода
золото Фьерсунгов
он захватил."
Guðmundr kvað:
"Því fyrr skulu
at Frekasteini
sáttir saman
um sakar dæma;
mál er, Höðbroddr,
hefnd at vinna
ef vér lægra hlut
lengi bárum."
"Гудмунд сказал:
Будем сначала
у Волчьего Камня
палками битвы
с врагами спорить!
Хедбродд, пора
для мести настала
слишком часто
нас побеждали!"
Sinfjötli kvað:
"Fyrr mundu, Guðmundr,
geitr of halda
ok bergskorar
brattar klífa,
hafa þér í hendi
heslikylfu,
þat er þér blíðara
en brimis dómar."
"Синфьетли сказал:
Гудмунд, сперва
коз попаси ты
по скалам крутым
за ними карабкайся
крепче держи
ветку орешника, —
милей тебе это
чем сходка мечей!"
Helgi kvað:
"Þér er, Sinfjötli,
sæmra miklu
gunni at heyja
ok glaða örnu
en ónýtum
orðum at bregða,
þótt hildingar
heiftir deili."
"Хельги сказал:
Не лучше ли было б
тебе, Синфьетли
битву вести
орлам на радость
чем попусту речи
бросать на ветер
когда вожди
ненавидят друг друга."
"Þykkja-t mér góðir
Granmars synir,
þó dugir siklingum
satt at mæla;
þeir merkt hafa
á Móinsheimum,
at hug hafa
hjörum at bregða;
eru hildingar
hölzti snjallir."
"Плохи, сдается мне
Гранмара дети
хотя о героях
лгать не годится, —
они показали
при Моинсхеймар
что славно умеют
мечами разить."
Guðmundr reið heim með hersögu. Þá sömnuðu Granmarssynir her. Kómu þar margir konungar. Þar var Högni, faðir Sigrúnar, ok synir hans, Bragi ok Dagr. Þar var orrusta mikil, ok fellu allir Granmarssynir ok allir þeira höfðingjar nema Dagr Högnason fekk grið ok vann eiða Völsungum. Sigrún gekk í valinn ok hitti Höðbrodd at kominn dauða. Hon kvað:
"Гудмунд поехал домой рассказать о приближающемся войске. Тогда сыновья Гранмара собрали рать. Многие конунги пришли туда. Там был Хегни, отец Сигрун, и его сыновья Браги и Даг. Произошла большая битва, и все сыновья Гранмара пали и вся их знать. Только Даг, сын Хегни, получил пощаду и дал клятву Вельсунгам.
Сигрун пришла на поле битвы и нашла Хедбродда умирающего. Она сказала:"
"Mun-a þér, Sigrún
frá Sefafjöllum
Höðbroddr konungr,
hníga at armi;
liðin er ævi
— oft náir hrævi
gránstóð gríðar, —
Granmars sona."
"Не будет у Сигрун
девы из Севафьелль
Хедбродд-конунг
в объятьях покоиться!
Часто волкам
достаются трупы, —
пали сыны
Гранмара в битве."
Þá hitti hon Helga ok varð allfegin. Hann kvað:
"Er-at þér at öllu,
alvitr, gefit,
— þó kveð ek nökkvi
nornir valda —:
fellu í morgun
at Frekasteini
Bragi ok Högni,
varð ek bani þeira."
Затем она нашла Хельги и очень обрадовалась. Он сказал:
"Тебе не во всем
валькирия, счастье
в иных событьях
норны повинны:
утром погибли
у Волчьего Камня
Браги и Хегни, —
я их сразил!"
"En at Styrkleifum
Starkaðr konungr,
en at Hlébjörgum
Hrollaugs synir;
þann sá ek gylfa
grimmúðgastan,
er barðisk bolr,
var á brott höfuð."
"А конунг Старкад
пал на Стюрклейвар
сыны же Хроллауга
на Хлебьерг убиты;
видел я конунга
в ярости страшного
был обезглавлен
а тело сражалось."
"Liggja at jörðu
allra flestir
niðjar þínir,
at náum orðnir;
vannt-at-tu vígi,
var þér þat skapat,
at þú at rógi
ríkmenni vart."
"Многих родичей
смерть настигла
трупы их ныне
в землю зарыты;
ты не могла
битве препятствовать
волей судьбы
раздор ты посеяла."
Þá grét Sigrún. Hann kvað:
"Huggastu, Sigrún!
Hildr hefr þú oss verið;
vinna-t skjöldungar sköpum.
Sigrún kvað:
Lifna mynda ek nú kjósa,
er liðnir eru,
ok knætta ek þér þó í faðmi felask."
Тогда Сигрун заплакала. Он сказал:
"Сигрун, утешься
была ты нам Хильд;
судьбы не оспоришь!
Сигрун сказала:
Оживить бы убитых
и в объятиях твоих
укрыться бы мне!"
Helgi fekk Sigrúnar, ok áttu þau sonu. Var Helgi eigi gamall. Dagr Högnason blótaði Óðin til föðurhefnda. Óðinn léði Dag geirs síns. Dagr fann Helga, mág sinn, þar sem heitir at Fjöturlundi. Hann lagði í gögnum Helga með geirnum. Þar fell Helgi, en Dagr reið til Sefafjalla ok sagði Sigrúnu tíðindi.
Хельги женился на Сигрун, и у них были сыновья. Хельги не дожил до старости. Даг, сын Хегни, принес Одину жертву, чтобы тот помог отомстить ему за отца. Один дал Дагу свое копье. Даг встретил Хельги, своего зятя, у рощи, которая называется Фьетурлунд. Он пронзил Хельги копьем. Хельги пал, а Даг поехал в горы и рассказал Сигрун, что произошло:
"Trauðr em ek, systir,
trega þér at segja,
því at ek hefi nauðigr
nifti grætta;
fell í morgun
und Fjöturlundi
buðlungr, sá er var
beztr í heimi
ok hildingum
á halsi stóð."
"Сестра, не хотел бы
о горе поведать
и слезы твои
сестра, увидеть, —
убит поутру
под Фьетурлундом
герой, меж князьями
самый достойный
себе подчинявший
воинов смелых."
"Sigrún kvað
Þik skyli allir
eiðar bíta,
þeir er Helga
hafðir unna
at inu ljósa
Leiftrar vatni
ok at úrsvölum
Unnarsteini."
"Сигрун сказала:
"Пускай тебя
покарают те клятвы
которые дал ты
когда-то Хельги
клялся ты светлой
влагой Лейфтра
и камнем Унн
в холодной росе!"
"Skríði-at þat skip,
er und þér skríði,
þótt óskabyrr
eftir leggisk;
renni-a sá marr,
er und þér renni,
þóttú fjándr þína
forðask eigir."
"Пусть не плывет
отныне корабль твой
как бы ни дул
ветер попутный!
Пусть не бежит
конь твой послушно
когда от врагов
спасенья ты ищешь!"
"Bíti-a þér þat sverð,
er þú bregðir,
nema sjalfum þér
syngvi of höfði.
Þá væri þér hefnt
Helga dauða,
ef þú værir vargr
á viðum úti
auðs andvani
ok alls gamans,
hefðir eigi mat,
nema á hræjum spryngir."
"Пусть не разит
меч твой в битве
разве что сам ты
сражен им будешь!
Было бы местью
за гибель Хельги
если б ты волком
скитался в чаще
нищим и сирым
вечно голодным
разве что трупы
тебя б насыщали!"
Dagur kvað:
"Ær ertu, systir,
ok örvita,
er þú bræðr þínum
biðr forskapa;
einn veldr Óðinn
öllu bölvi,
því at með sifjungum
sakrúnar bar."
Даг сказал:
"Сестра, ты безумна
затмился твой разум
коль беды зовешь
на голову брата!
Один повинен
в этом несчастье
меж нами руны
раздора посеяв."
"Þér býðr bróðir
bauga rauða,
öll Vandilsvé
ok Vígdali;
hafðu halfan heim
harms at gjöldum,
brúðr baugvarið,
ok burir þínir."
"Золото брат
тебе предлагает
Вандильсве весь
и Вигдалир тоже;
половина страны
выкупом станет
за горе твое
и твоих сыновей!"
Sigrún kvað:
"Sitk-a ek svá sæl
at Sefafjöllum
ár né of nætr,
at ek una lífi,
nema at liði lofðungs
ljóma bregði,
renni und vísa
Vígblær þinig,
gullbitli vanr,
knega ek grami fagna."
Сигрун сказала:
"Как ни богато
живу я в Севафьелль
жизни не рада
ни утром, ни ночью
жду, не блеснет ли
войско князя
Вигблер под князем
сюда не примчится ли
как бы тогда я
конунга встретила!"
"Svá hafði Helgi
hrædda görva
fjándr sína alla
ok frændr þeira
sem fyr ulfi
óðar rynni
geitr af fjalli
geiskafullar."
"Так убегали
в страхе безмерном
перед Хельги враги
и родичи их
как козы бегут
по горным склонам
страхом гонимы
спасаясь от волка."
"Svá bar Helgi
af hildingum
sem ítrskapaðr
askr af þyrni
eða sá dýrkalfr
döggu slunginn
er efri ferr
öllum dýrum
ok horn glóa
við himin sjalfan."
"Так возвышался
Хельги меж конунгов
как ясень гордый
в зарослях терна
или олень
росой обрызганный
он из зверей
самый высокий
рога его блещут
у самого неба!"
Haugr var gjörr eftir Helga. En er hann kom til Valhallar, þá bauð Óðinn honum öllu at ráða með sér. Helgi kvað:
Холм был насыпан на могиле Хельги. И когда он попал в Вальгаллу, Один предложил ему править всем наравне с ним самим. Хельги сказал:
"Þú skalt, Hundingr,
hverjum manni
fótlaug geta
ok funa kynda,
hunda binda,
hesta gæta,
gefa svínum soð,
áðr sofa gangir."
"Хундинг, сначала
всем ноги омоешь
огонь разведешь
и привяжешь собак
и свиньям дашь поило
коней попасешь, —
тогда только смеешь
об отдыхе думать."
Ambótt Sigrúnar gekk um aftan hjá haugi Helga ok sá, at Helgi reið til haugsins með marga menn. Ambótt kvað:
Служанка Сигрун шла мимо кургана Хельги и увидела, что Хельги со многими людьми подъехал к кургану. Служанка сказала:
"Hvárt eru þat svik ein,
er ek sjá þykkjumk,
eða ragnarök,
— ríða menn dauðir,
er jóa yðra
oddum keyrið —
eða er hildingum
heimför gefin?"
"Чудится мне
или настал
света конец?
Мертвые скачут!
Что же вы шпорите
ваших коней
разве дано вам
домой возвратиться?"
Helgi kvað:
"Er-a þat svik ein,
er þú sjá þykkisk,
né aldar rof,
þóttú oss lítir,
þótt vér jóa óra
oddum keyrim,
né er hildingum
heimför gefin."
Хельги сказал:
"Нет, не почудилось
все, что ты видишь
и не настал
света конец
хоть мы и шпорим
наших коней
но не дано нам
домой возвратиться."
Heim gekk ambátt ok sagði Sigrúnu:
"Út gakk þú, Sigrún
frá Sefafjöllum,
ef þik folks jaðar
finna lystir;
upp er haugr lokinn,
kominn er Helgi,
dolgspor dreyra,
döglingr bað þik,
at þú sárdropa
svefja skyldir."
Служанка вернулась домой и сказала Сигрун:
"Сигрун, скорее
из Севафьелль выйди
если ты конунга
хочешь встретить!
Раскрылся курган
Хельги вернулся!
Раны сочатся, —
просил тебя конунг
кровавые капли
его осушить."
Sigrún gekk í hauginn til Helga ok kvað:
"Nú em ek svá fegin
fundi okkrum
sem átfrekir
Óðins haukar,
er val vitu,
varmar bráðir,
eða dögglitir
dagsbrún sjá."
Сигрун пошла в курган к Хельги и сказала:
"Так радуюсь я
встрече с тобою
как рады взалкавшие
Одина соколы
что убитых почуяли
теплое мясо
иль видят рассвет
росою омытые."
"Fyrr vil ek kyssa
konung ólifðan
en þú blóðugri
brynju kastir;
hár er þitt, Helgi,
hélu þrungit,
allr er vísi
valdögg sleginn,
hendr úrsvalar
Högna mági;
hvé skal ek þér, buðlungr,
þess bót of vinna?"
"Сперва поцелую
конунга мертвого
а ты сними
доспех окровавленный;
иней покрыл
волосы Хельги
смерти роса
на теле конунга
руки как лед
у зятя Хегни;
как мне, конунг
тебя исцелить?"
Helgi kvað:
"Ein veldr þú, Sigrún
frá Sefafjöllum,
er Helgi er
harmdögg sleginn;
grætr þú, gullvarið,
grimmum tárum,
sólbjört, suðræn,
áðr þú sofa gangir;
hvert fellr blóðugt
á brjóst grami,
úrsvalt, innfjalgt,
ekka þrungit."
Хельги сказал:
"Ты в том повинна
Сигрун из Севафьелль
что Хельги обрызган
горя росою:
слезы ты льешь
убрана золотом
с юга пришедшая
солнечноясная;
падают слезы
на князя кровавые
жгут его грудь
горем насыщены."
"Vel skulum drekka
dýrar veigar,
þótt misst hafim
munar ok landa;
skal engi maðr
angrljóð kveða,
þótt mér á brjósti
benjar líti;
nú eru brúðir
byrgðar í haugi,
lofða dísir,
hjá oss liðnum."
"Будем мы пить
драгоценный напиток
хоть счастье и земли
мы потеряли!
Не запевайте
горести песен
видя мои
кровавые раны!
Отныне в кургане
со мною, убитым
знатная дева
вместе пребудет!"
Sigrún bjó sæing í hauginum.
"Hér hefi ek þér, Helgi,
hvílu görva
angrlausa mjök,
Ylfinga niðr,
vil ek þér í faðmi,
fylkir, sofna
sem ek lofðungi
lifnum myndak."
Сигрун постелила постель в кургане:
"Здесь тебе, Хельги
ложе готово, —
радости ложе
Ильвингов родич;
в объятьях твоих
уснуть бы хотела
как с конунгом я
живым уснула б!"
Helgi kvað:
"Nú kveð ek enskis
örvænt vera
síð né snimma
at Sefafjöllum,
er þú á armi
ólifðum sefr,
hvít, í haugi,
Högna dóttir,
ok ertu kvik,
in konungborna."
Хельги сказал:
"Ныне нет ничего
ни поздно, ни рано
что невозможным
в Севафьелль было б
если в объятьях
мертвого спишь
в кургане его
Сигрун, дочь Хегни
ты, живая
рожденная конунгом!"
"Mál er mér at ríða
roðnar brautir,
láta fölvan jó
flugstíg troða;
skal ek fyr vestan
vindhjalms brúar,
áðr Salgófnir
sigrþjóð veki."
"Ехать пора мне
по алой дороге
на бледном коне
по воздушной тропе;
путь мой направлю
на запад от неба
прежде чем Сальгофнир
героев разбудит."
Þeir Helgi riðu leið sína, en þær fóru heim til bæjar. Annan aftan lét Sigrún ambótt halda vörð á hauginum. En at dagsetri, er Sigrún kom til haugsins, hon kvað:
Хельги и его воины ускакали, а Сигрун со служанкой вернулась домой. На следующий вечер Сигрун велела служанке стоять на страже у кургана. И в сумерки, когда Сигрун пришла к кургану, она сказала:
"Kominn væri nú,
ef koma hygði,
Sigmundar burr
frá sölum Óðins;
kveð ek grams þinig
grænask vánir,
er á asklimum
ernir sitja
ok drífr drótt öll
draumþinga til."
"Если б приехать
сюда собирался
Сигмунда сын
из дома Одина!
Нет, не приедет
померкла надежда
если орлы
на ясень садятся
а люди идут
на тинг сновидений."
Ambótt kvað:
"Verðu eigi svá ær,
at ein farir,
dís skjöldunga,
draughúsa til;
verða öflgari
allir á nóttum
dauðir dolgar, mær,
en um daga ljósa."
Служанка сказала:
"Не будь безумной
одна не ходи ты
конунга дочь
в мертвых жилище!
Ночью сильней
становятся все
мертвые воины
чем днем при солнце."
Sigrún varð skammlíf af harmi ok trega. Þat var trúa í forneskju, at menn væri endrbornir, en þat er nú kölluð kerlingavilla. Helgi ok Sigrún, er kallat, at væri endrborin. Hét hann þá Helgi Haddingjaskati, en hon Kára Hálfdanardóttir, svá sem kveðit er í Káruljóðum, ok var hon valkyrja.
Сигрун вскоре умерла от скорби и печали.
В древнее время верили, что люди рождаются вновь, но теперь это считают бабьими сказками. Говорят, что Хельги и Сигрун родились вновь. Он звался тогда Хельги Хаддингьяскати, а она — Кара, дочь Хальвдана, как об этом рассказывается в Песни о Каре. Она была валькирией.