"Atli sendi

ár til Gunnars

kunnan segg at ríða,

Knéfröðr var sá heitinn;

at görðum kom hann Gjúka

ok at Gunnars Höllu,

bekkjum aringreypum

ok at bjóri svásum."

"Атли когда-то

отправил к Гуннару

хитрого мужа

по имени Кнефред;

в вотчину Гьюки,

к Гуннару прибыл он,

в дом, к очагу,

к вкусному пиву."

"Drukku þar dróttmegir,

en dyljendr þögðu,

vín í valhöllu,

vreiði sásk þeir Húna;

kallaði þá Knéfröðr

kaldri röddu,

seggr inn suðræni

sat hann á bekk háum:"

"Дружинники пили

в вальгалле вино

и гуннам не верили,

молчали предатели;

Кнефред воскликнул

недобрым голосом, —

на высокой скамье

сидел южанин."

"Atli mik hingat sendi

ríða erendi

mar inum mélgreypa

myrkvið inn ókunna,

at biðja yðr, Gunnarr,

at it á bekk kæmið

með hjalmum aringreypum

at sækja heim Atla."

"Атли я послан

сюда с порученьем,

верхом проскакал я

сквозь чащу Мюрквид

просить вас с Гуннаром

к Атли в гости,

в дом свой зовет он

вас, шлемоносные!"

"Skjöldu kneguð þar velja

ok skafna aska,

hjalma gullroðna

ok Húna mengi,

silfrgyllt söðulklæði,

serki valrauða,

dafar darraðar,

drösla mélgreypa."

"Дадут вам щиты

и пики на выбор,

в золоте шлемы,

попоны расшитые,

множество гуннов,

рубахи червленые,

стяги на копьях,

ретивых коней!"

"Völl lézk ykkr ok mundu gefa

víðrar Gnitaheiðar,

af geiri gjallanda

ok af gylltum stöfnum,

stórar meiðmar

ok staði Danpar,

hrís þat it mæra,

er meðr Myrkvið kalla."

"Широкое даст

Гнитахейд поле,

пики звенящие,

челны златоносные.

золота груды,

и Данпа земли,

и лес знаменитый,

что Мюрквид зовется!"

"Höfði vatt þá Gunnarr

ok Högna til sagði:

Hvat ræðr þú okkr, seggr inn æri,

alls vit slíkt heyrum?

Gull vissa ek ekki

á Gnitaheiði,

þat er vit ættim-a

annat slíkt."

"Гуннар тогда

повернулся к Хегни:

Что скажешь,

брат младший?

Не знаю я золота

с полей Гнитахейд,

что нашей добычей

давно бы не стало!"

"Sjau eigum vit salhús

sverða full,

hverju eru þeira

hjölt ór gulli;

minn veit ek mar beztan,

en mæki hvassastan,

boga bekksæma,

en brynjur ór gulli,

hjalm ok skjöld hvítastan

kominn ór höll Kíars,

einn er minn betri

en sé allra Húna."

"У нас семь палат,

полных мечами,

их рукояти

в резьбе золотой,

конь мой, я знаю,

коней всех ретивей,

острее мой меч,

красивей мой шлем

из Кьярова дома,

кольчуги из золота,

и лук мой лучше

всех гуннских луков!"

Högni kvað:

"Hvat hyggr þú brúði bendu,

þá er hon okkr baug sendi,

varinn váðum heiðingja?

Hygg ek, at hon vörnuð byði.

Hár fann ek heiðingja

riðit í hring rauðum,

ylfskr er vegr okkarr

at ríða erendi."

"Хегни сказал:

Почему нам жена

кольцо прислала

в волчьей одежде?

Остеречь нас хотела?

Волос вплетен был

волчий в кольцо —

по волчьей тропе

придется нам ехать!"

"Niðjar hvöttu Gunnar

né náungr annarr,

rýnendr né ráðendr

né þeir er ríkir váru;

kvaddi þá Gunnarr,

sem konungr skyldi,

mærr í mjöðranni

af móði stórum:"

"Не подстрекали

родичи Гуннара,

молчали советчики,

воины смелые;

велел тогда Гуннар,

как должно владыке

от щедрой души,

на пиршестве княжьем:"

"Rístu nú, Fjörnir,

láttu á flet vaða

greppa gullskálir

með gumna höndum."

"Фьернир, вставай!

Пусть вкруговую

ковши золотые

пойдут по рукам!"

"Ulfr mun ráða

arfi Niflunga,

gamlir, gránvarðir,

ef Gunnars missir,

birnir blakkfjallir

bíta þreftönnum,

gamna greystóði,

ef Gunnarr né kemr-at."

"Пусть волки наследье

отнимут у Нифлунгов —

серые звери, —

коль я останусь!

Пусть мирные хижины

станут добычей

белых медведей,

коль я не поеду!"

"Leiddu landrögni

lýðar óneisir,

grátendr gunnhvata

ór garði húna.

Þá kvað þat inn æri

erfivörþr Högna:

Heilir farið nú ok horskir,

hvars ykkr hugr teygir!"

"Простились люди

с конунгом, плача,

когда уезжал он

из гуннского дома;

сказал тогда юный

наследник Хегни:

Путь свой вершите,

как дух вам велит!"

"Fetum létu fræknir

um fjöll at þyrja

mari ina mélgreypu

Myrkvið inn ókunna;

hristisk öll Húnmörk

þar er harðmóðgir fóru,

ráku þeir vandstyggva

völlu algræna."

"Рысью пустили

резвых коней

по горным склонам

сквозь чащу Мюрквид;

Хунмарк дрожал

от топота конского,

гнали покорных

по травам зеленым."

"Land sáu þeir Atla

ok liðskjalfar djúpa,

Bikka greppar standa

á borg inni háu,

sal of suðrþjóðum

sleginn sessmeiðum,

bundnum röndum,

bleikum skjöldum,

dafar darraðar;

en þar drakk Atli

vín í valhöllu,

verðir sátu úti

at varða þeim Gunnari,

af þeir hér vitja kvæmi

með geiri gjallanda

at vekja gram hildi."

"Атли владенья

они увидели,

воинов Бикки

на стенах высоких;

в палатах южан

скамьи поставлены,

на стенах тарчи,

щиты и доспехи,

стяги на копьях;

Атли там пил

в вальгалле вино;

стража была

наготове снаружи,

чтоб Гуннара встретить,

когда бы затеял он

с конунгом битву."

"Systir fann þeira snemst,

at þeir í sal kómu

bræðr hennar báðir, —

bjóri var hon lítt drukkin:

Ráðinn ertu nú, Gunnarr.

Hvat muntu, ríkr, vinna

við Húna harmbrögðum?

Höll gakk þú ór snemma."

"Первой сестра

братьев приметила —

хмельной не была она —

у входа в палату:

Гуннар, ты предан!

Гунны коварны,

не справишься с ними, —

спасайся скорее!"

"Betr hefðir þú, bróðir,

at þú í brynju færir,

sem hjalmum aringreypum

at séa heim Atla,

sætir þú í söðlum

sólheiða daga,

nái nauðfölva

létir nornir gráta,

Húna skjaldmeyjar

herfi kanna,

en Atla sjalfan

létir þú í ormgarð koma,

nú er sá ormgarðr

ykkr of folginn."

"Лучше б тебе

кольчугу надеть,

а не шлем, окованный

кольцами золота,

ясные дни

проводил бы в седле,

дал бы бледные трупы

норнам оплакивать,

дев гуннских воинственных

впряг в борону бы,

вверг бы ты Атли

в ров змеиный,

а ныне вы сами

в него попадаете!"

Gunnarr kvað:

"Seinat er nú, systir,

at samna Niflungum;

langt er at leita

lýða sinnis til,

ef rosmufjöll Rínar

rekka óneissa."

Гуннар сказал:

"Не успеть мне, сестра,

Нифлунгов кликнуть,

далеко искать

удалую дружину,

с холмов красных Рейна

воинов храбрых!"

"Fengu þeir Gunnar

ok í fjötur settu

vin Borgunda

ok bundu fastla."

"Схвачен был Гуннар,

накрепко скован,

друг бургундов,

связан надежно."

"Sjau hjó Högni

sverði hvössu,

en inum átta

hratt hann í eld heitan;

svá skal frækn

fjándum verjask

(sem) Högni varði

hendr (sínar)."

"Хегни сразил

мечом семерых,

восьмого спихнул

в огонь пылавший.

Так должен смелый

сражаться с врагом,

как Хегни бился,

себя защищая.

*********"

"********* Gunnars;

frágu fræknan,

ef fjör vildi,

gotna þjóðann,

gulli kaupa."

"Спросили, не хочет ли

готов властитель

золото дать,

откупиться от смерти."

Gunnarr kvað:

"Hjarta skal mér Högna

í hendi liggja

blóðugt, ór brjósti

skorit baldriða

saxi slíðrbeitu,

syni þjóðans."

Гуннар сказал:

"Пусть сердце Хегни

в руке моей будет,

сердце кровавое

сына конунга,

острым ножом

из груди исторгнуто."

"Skáru þeir hjarta

Hjalla ór brjósti

blóðugt ok á bjóð lögðu

ok báru þat fyr Gunnar."

"Вырвали сердце

у Хьялли из ребер,

на блюде кровавое

подали Гуннару."

"Þá kvað þat Gunnarr,

gumna dróttinn:

Hér hefi ek hjarta

Hjalla ins blauða,

ólíkt hjarta

Högna ins frækna,

er mjök bifask,

er á bjóði liggr,

bifðisk halfu meir,

er í brjósti lá."

"Гуннар воскликнул,

владыка дружины:

Тут лежит сердце

трусливого Хьялли,

это не сердце

смелого Хегни, —

даже на блюде

лежа, дрожит оно, —

у Хьялли в груди

дрожало сильнее!"

"Hló þá Högni,

er til hjarta skáru

kvikvan kumblasmið,

klökkva hann sízt hugði;

blóðugt þat á bjóð lögðu

ok báru fyr Gunnar."

"Вождь рассмеялся —

страха не ведал он, —

когда грудь рассекли

дробящего шлемы

и сердце на блюде

подали Гуннару."

"Mærr kvað þat Gunnarr

geirniflungr:

Hér hefi ek hjarta

Högna ins frækna,

ólíkt hjarta

Hjalla ins blauða,

er lítt bifask,

er á bjóði liggr,

bifðisk svági mjök,

þá er í brjósti lá."

"Гуннар сказал,

славный Нифлунг:

Тут лежит сердце

смелого Хегни,

это не сердце

трусливого Хьялли,

оно не дрожит,

лежа на блюде,

как не дрожало

и прежде, в груди его!"

"Svá skaltu, Atli,

augum fjarri,

sem munt

menjum verða;

er und einum mér

öll of folgin

hodd Niflunga,

lifir-a nú Högni."

"Атли, ты радости

так не увидишь,

как не увидишь

ты наших сокровищ!

Я лишь один,

если Хегни убит,

знаю, где скрыто

сокровище Нифлунгов!"

"Ey var mér týja,

meðan vit tveir lifðum,

nú er mér engi,

er ek einn lifik.

Rín skal ráða

rógmalmi skatna,

svinn, áskunna

arfi Niflunga,

— í veltanda vatni

lýsask valbaugar, —

heldr en á höndum gull

skíni Húna börnum."

"Был жив он — сомненье

меня донимало,

нет его больше —

нет и сомненья:

останется в Рейне

раздора металл, —

в реке быстроводной

асов богатство!

Пусть в водах сверкают

вальские кольца,

а не на руках

отпрысков гуннских!"

Atli kvað:

"Ýkvið ér hvélvögnum,

haftr er nú í böndum."

Атли сказал:

"Готовьте повозку,

пленник закован!

И стража сокровищ,

Одина битвы,

поводья рвущий

на гибель повез."

"Atli inn ríki

reið Glaum mönum,

sleginn rógþornum,

sifjungr þeira.

*********

Guðrún sigtífa,

varnaði við tárum,

vaðin í þyshöllu."

"Атли могучий

ехал на Глауме,

(непонятное место)

Гудрун богов

*********

слез не лила,

войдя в палату."

Guðrún kvað:

"Svá gangi þér, Atli,

sem þú við Gunnar áttir

eiða oft of svarða

ok ár of nefnda,

at sól inni suðrhöllu

ok at Sigtýs bergi,

hölkvi hvílbeðjar

ok at hringi Ullar.

Ok meir þaðan

menvörð bituls

dolgrögni dró

til dauðs skokkr."

Гудрун сказала:

"Клятвы тебя

пусть покарают,

которые Гуннару

часто давал ты,

клялся ты солнцем,

Одина камнем,

ложа конем

и Улля кольцом!"

"Lifanda gram

lagði í garð,

þan er skriðinn var,

skatna mengi,

innan ormum,

en einn Gunnarr

heiftmóðr hörpu

hendi kníði,

glumðu strengir;

svá skal gulli

frækn hringdrifi

við fira halda."

"Воины конунга

взяли живого,

в ров положили.

где ползали змеи;

в гневе один

Гуннар остался,

пальцами струн

на арфе касаясь;

струны звенели;

так должен смелый —

кольца дарящий —

добро защищать!"

"Atli lét

lands síns á vit

jó eyrskáan

aftr frá morði;

dynr var í garði,

dröslum of þrungit,

vápnsöngr virða,

váru af heiði komnir."

"Атли направил

в путь обратный

коня своего

после убийства.

С топотом кони

теснились в ограде,

звенели доспехи

дружины вернувшейся."

"Út gekk þá Guðrún

Atla í gögn

með gylltum kálki

at reifa gjöld rögnis:

Þiggja knáttu, þengill,

í þinni höllu

glaðr at Guðrúnu

gnadda niflfarna."

"Вышла Гудрун,

чтоб Атли встретить

с кубком в руках

золотым, как пристало;

Конунг, прими

в палатах твоих

от Гудрун зверенышей,

в сумрак ушедших!"

"Umðu ölskálir

Atla vínhöfgar,

þá er í höll saman

Húnar tölðusk,

gumar gransíðir,

gengu inn hvatir."

"Звенели чаши,

от пива тяжелые,

когда собрались

гунны усатые,

в палате толпились

храбрые воины."

"Skævaði þá in skírleita

*********

veigar þeim at bera,

afkár dís jöfrum

ok ölkrásir valði

nauðug neffölum,

en níð sagði Atla:"

"Плавно вошла

с питьем яснолицая,

еду подала

побледневшему Атли,

сказала ему

слова оскорбленья:"

"Sona hefir þinna,

sverða deilir,

hjörtu hrædreyrug

við hunang of tuggin;

melta knáttu, móðugr,

manna valbráðir,

eta at ölkrásum

ok í öndugi at senda."

"С медом ты съел

сердца сыновей —

кровавое мясо,

мечи раздающий!

Перевари теперь

трупную пищу,

что съедена с пивом,

и после извергни!"

"Kallar-a þú síðan

til knéa þinna

Erp né Eitil,

ölreifa tvá;

sér-a-ðu síðan

í seti miðju

gulls miðlendr

geira skefta,

manar meita

né mara keyra."

"Не подзовешь,

не возьмешь на колени

Эйтиля с Эрпом,

веселых от пива;

не увидишь, как дротики

крепят на древки,

гривы стригут,

скачут верхом!"

"Ymr varð á bekkjum,

afkárr söngr virða,

gnýr und guðvefjum,

grétu börn Húna;

nema ein Guðrún,

er hon æva grét

bræðr sína berharða

ok buri svása,

unga, ófróða,

þá er hon við Atla gat."

"Вопили неистово

люди в палате,

коврами увешанной,

плакали гунны;

одна только Гудрун

не стала оплакивать

братьев смелых

и милых сынов,

юных, немудрых,

от Атли рожденных"

"Gulli söri

in gaglbjarta,

hringum rauðum

reifði hon húskarla;

sköp lét hon vaxa,

en skíran malm vaða,

æva fljóð ekki

gáði fjarghúsa."

"Золото сеяла

лебяжьебелая,

челяди кольца

дарила червонные;

судьбе покорясь,

раздавала сокровища,

капищ она

не жалела, щедрая."

"Óvarr Atli

óðan hafði hann sik drukkit,

vápn hafði hann ekki,

varnaði-t hann við Gudrúnu,

oft var sá leikr betri,

þá er þau lint skyldu

oftar um faðmask

fyr öðlingum."

"Атли беспечный

пьян был от пива,

меча не схватил,

не противился Гудрун

иными бывали

их прежние встречи,

когда он при всех

обнимал ее нежно!"

"Hon beð broddi

gaf blóð at drekka

hendi helfússi

ok hvelpa leysti,

hratt fyr hallar dyrr

ok húskarla vakði

brandi brúðr heitum,

þau lét hon gjöld bræðra."

"Постель она с лезвия

кровью насытила

рукой, в Хель ведущей,

выгнала псов,

дверь заперла,

подняла домочадцев,

дом запалила

в отплату за братьев."

"Eldi gaf hon þá alla,

er inni váru

ok frá morði þeira Gunnars

komnir váru ór Myrkheimi;

forn timbr fellu,

fjarghús ruku,

bær Buðlunga,

brunnu ok skjaldmeyjar

inni aldrstamar,

hnigu í eld heitan."

"Всех предала

огню, кто вернулся

из Мюркхейма вспять

после Гуннара смерти;

рушились балки,

дымилось капище,

Будлунгов двор,

щитоносные девы

падали мертвые

в жаркое пламя."

"Fullrætt er um þetta,

ferr engi svá síðan

brúðr í brynju

bræðra at hefna;

hon hefir þriggja

þjóðkonunga

banorð borit,

björt, áðr sylti."

"Довольно об этом!

Жены другие

кольчуг не наденут

для мести подобной!

Трем конунгам смерть

она принесла,

прежде чем гибель

ее постигла!"