"Ár var, þats Guðrún

gerðisk at deyja,

er hon sat sorgfull

yfir Sigurði;

gerði-t hon hjúfra

né höndum slá,

né kveina um

sem konur aðrar."

"Так было — смерти

желала Гудрун

над Сигурдом мертвым

горестно сидя;

не голосила

руки ломая

не причитала

как жены другие."

"Gengu jarlar

alsnotrir fram,

þeir er harðs hugar

hana löttu;

þeygi Guðrún

gráta mátti,

svá var hon móðug,

mundi hon springa."

"Мудрые ярлы

к ней подходили

скорбь ее

пытались рассеять.

Не было слез

горючих у Гудрун, —

горе великое

грудь разрывало."

"Sátu ítrar

jarla brúðir,

gulli búnar,

fyr Guðrúnu;

hvar sagði þeira

sinn oftrega,

þann er bitrastan

of beðit hafði."

"Знатные жены

ярлов сидели

золотом убраны

против Гудрун;

каждая горе

свое вспоминала

речь заводила

о самом горьком."

Þá kvað Gjaflaug,

Gjúka systir:

"Mik veit ek á moldu

munarlausasta;

hefi ek fimm vera

forspell beðit,

tveggja dætra,

þriggja systra,

átta bræðra,

þó ek ein lifi."

Молвила Гьявлауг

Гьюки сестра:

"Счесть невозможно

несчастья мои, —

я пятерых

мужей потеряла

трех сестер

трех сыновей

восемь братьев —

и все ж живу я!"

"Þeygi Guðrún

gráta mátti,

svá var hon móðug

at mög dauðan

ok harðhuguð

of hrör fylkis."

"Не было слез

горючих у Гудрун:

гибель юноши

конунга смерть

горе великое

камнем легло."

Þá kvað þat Herborg,

Húnalands dróttning:

"Hefi ek harðara

harm at segja;

mínir sjau synir

sunnan lands,

verr inn átti,

í val fellu."

Молвила Херборг

владычица гуннов:

"Горе мое

еще тяжелее, —

семь сыновей

на юге погибли

муж мой тоже

в сече зарублен;"

"Faðir ok móðir,

fjórir bræðr,

þau á vági

vindr of lék,

barði bára

við borðþili."

"Мать и отец

и четверо братьев

морю достались, —

ветер настиг их

била волна

о борт корабля."

"Sjalf skylda ek göfga,

sjalf skylda ek götva,

sjalf skylda ek höndla

hrör þeira;

þat ek allt of beið

ein misseri,

svá at mér maðr engi

munar leitaði."

"Сама их одела

сама убрала их

сама схоронила

тела родимых.

В полгода всех

потерять довелось мне

не было мне

ни в чем утешенья."

"Þá varð ek hafta

ok hernuma

sams misseris

síðan verða;

skylda ek skreyta

ok skúa binda

hersis kván

hverjan morgin."

"В плен тогда же

сама я попала

рабство изведала

в те полгода;

жену вождя

одевала и обувь

ей подавала

каждое утро."

"Hon ægði mér

af afbrýði

ok hörðum mik

höggum keyrði;

fann ek húsguma

hvergi in betra,

en húsfreyju

hvergi verri."

"Ревновала она

бранила меня

жестокими были

ее побои;

хозяина лучше

нигде не видала

хозяйки хуже

нигде не встречала!"

"Þeygi Guðrún

gráta mátti,

svá var hon móðug

at mög dauðan

ok harðhuguð

of hrör fylkis."

"Не было слез

горючих у Гудрун:

гибель юноши

конунга смерть

горе великое

камнем легло."

Þá kvað þat Gullrönd

Gjúka dóttir:

"Fá kanntu, fóstra,

þótt þú fróð séir,

ungu vífi

andspjöll bera.

Varaði hon at hylja

um hrör fylkis."

Гулльранд, дочь Гьюки

молвила так:

"Мудрой слывешь ты

приемная мать

а жену молодую

утешить не в силах, —

пусть она видит

мертвого конунга!"

Svipti hon blæju

af Sigurði

ok vatt vengi

fyr vífs knéum:

"Líttu á ljúfan,

leggðu munn við grön,

sem þú halsaðir

heilan stilli."

Сдернула саван

с тела Сигурда

к ногам жены

подушку метнула:

"Вот он! Прильни

губами к устам, —

ведь так ты его

живого встречала!"

"Á leit Guðrún

einu sinni,

sá hon döglings skör

dreyra runna,

fránar sjónir

fylkis liðnar,

hugborg jöfurs

hjörvi skorna."

"Горестно взор

бросила Гудрун

на голову князя

в сгустках крови

на очи героя

померкшие ныне

на жилье души

мечом рассеченное."

"Þá hné Guðrún

höll við bolstri,

haddr losnaði,

hlýr roðnaði,

en regns dropi

rann niðr of kné."

"Вскрикнув, грянулась

оземь Гудрун;

косы рассыпались

вся покраснела

хлынули слезы

дождем на колени."

"Þá grét Guðrún

Gjúka dóttir,

svá at tár flugu

tresk í gögnum

ok gullu við

gæss í túni,

mærir fuglar,

er mær átti."

"Горько заплакала

Гудрун, дочь Гьюки

слез поток

оросил покрывало

а во дворе

закричали громко

гуси, прекрасные

Гудрун птицы."

Þá kvað þat Gullrönd

Gjúka dóttir:

"Ykkrar vissa ek

ástir mestar

manna allra

fyr mold ofan;

unðir þá hvárki

úti né inni,

systir mín

nema hjá Sigurði."

Молвила Гулльранд

дочь Гьюки: "Знаю, —

большей любви.

чем ваша, не видели

между людьми

на земле живущими!

Места себе ты

не находила

сестра, если Сигурда

нету с тобою!"

Guðrún kvað:

"Svá var minn Sigurðr

hjá sonum Gjúka

sem væri geirlaukr

ór grasi vaxinn

eða væri bjartr steinn

á band dreginn,

jarknasteinn

yfir öðlingum."

Гудрун сказала:

"Сигурд рядом

с сынами Гьюки

как стебель лука

из трав встающий

как в ожерелье

камень сверкающий

самый ценный

среди каменьев!"

"Ek þótta ok

þjóðans rekkum

hverri hæri

Herjans dísi;

nú em ek svá lítil

sem lauf séi

oft í jölstrum

at jöfur dauðan."

"Чтили меня

воины конунга

больше, чем дев

Одина смелых.

Как ивы листва

стала я жалкой, —

смерть повелителя

сделала это!"

"Sakna ek í sessi

ok í sæingu

míns málvinar,

valda megir Gjúka;

valda megir Gjúka

mínu bölvi

ok systur sinnar

sárum gráti."

"Ни на скамье его нет

ни на ложе, —

в этом повинны

Гьюки сыны!

Гьюки сыны

повинны в несчастье

горькие слезы

льет их сестра!"

"Svá ér of lýða

landi eyðið

sem ér of unnuð

eiða svarða;

mun-a þú, Gunnarr,

gulls of njóta;

þeir munu þér baugar

at bana verða,

er þú Sigurði

svarðir eiða."

"Как ваши клятвы

ложными были

пусть ваши земли

так опустеют!

Гуннар, не впрок

пойдет тебе золото;

эти запястья —

гибель твоя

ты ведь Сигурду

клятвы давал!"

"Oft var í túni

teiti meiri,

þá er minn Sigurðr

söðlaði Grana

ok þeir Brynhildar

biðja fóru,

armar véttar,

illu heilli."

"Двор наш видал

дни веселее

чем день, когда был

оседлан Грани

и Сигурд к Брюнхильд

свататься ехал, —

к женщине злой

в час зловещий!"

Þá kvað þat Brynhildr

Buðla dóttir:

"Vön sé sú véttr

vers ok barna,

er þik, Guðrún,

gráts of beiddi

ok þér í morgun

málrúnar gaf."

Молвила Брюнхильд

Будли дочь:

"Пусть потеряет

детей и мужа

та, что нынче

слезы пролить

тебе помогла

и речь вернула!"

Þá kvað þat Gullrönd

Gjúka dóttir:

"Þegi þú, þjóðleið,

þeira orða;

urðr öðlinga

hefir þú æ verit;

rekr þik alda hver

illrar skepnu,

sorg sára

sjau konunga

ok vinspell

vífa mest."

Молвила Гулльранд

Гьюки дочь:

"Лучше молчи!

Ненавистна ты всем!

Ты виновна

в смерти героев!

Злой судьбы

волнами гонимая

ты семерых

конунгов горе

ты мужьям

гибель несешь!"

"Þá kvað þat Brynhildr

Buðla dóttir:

Veldr einn Atli

öllu bölvi

of borinn Buðla

bróðir minn."

Молвила Брюнхильд

Будли дочь:

"Атли тогда

зло совершил

от Будли рожденный

брат мой родной"

"Þá er vit í höll

húnskrar þjóðar

eld á jöfri

ormbeðs litum,

þess hefi ek gangs

goldit síðan,

þeirar sýnar,

sáumk ey."

"Когда мы увидели

в доме гуннов

на князе огонь

ложа дракона.

Дорого стоило

то сватовство

вечно о нем

я сокрушаюсь!"

"Stóð hon und stoð,

strengði hon efli;

brann Brynhildi

Buðla dóttur

eldr ór augum,

eitri fnæsti,

er hon sár of leit

á Sigurði."

"Став у столба

собирала силы;

взор Брюнхильд

дочери Будли

ярко пылал

ядом дышала

глядя на раны

мертвого Сигурда."